Психология веры

Здесь Вы можете обсудить психологические и философские аспекты троллизма в инете

Модератор: Custodian

Психология веры

Непрочитанное сообщение Аниксун » 07 фев 2016, 00:39

В книге известного российского психолога Рады Грановской вера рассматривается как опора человеческих стремлений и потребностей. Показано воздействие мировых религий на формирование человеческой психологии, вскрыты глубинные связи между силой веры и развитием человека. Анализируется влияние веры на мировоззрение, психическое здоровье и этику современного человека. Использованы обширные материалы, накопленные мировыми религиями, исторические и религиозные, посвященные основоположникам и канонам различных верований, международный и отечественный опыт в области общей психологии.

Чрезмерное внимание к формам, ежедневным деталям культа, ритуалам может показаться смешным, но именно в них содержится сила. При этом энергия может скапливаться и у отдельной личности, и у целого народа (Вивекананда).

Вера затрагивает и заставляет звучать все значимые струны души, поэтому одна часть усилий религии обращена к интеллекту, который формирует необходимое мировоззрение, другая — к правилам поведения, стимулирующим организацию волевых усилий, а третья — к эмоциям и интуиции, формирующимся в ходе культовых мероприятий. Религия с теоретической стороны является выражением системы идеалов исповедующего ее народа. Она провозглашает, что есть человек и чем он должен быть. В отличие от этой задачи, практическая сторона религии — с помощью ритуалов и обрядов наставлять человека в том, что нужно делать для того, чтобы приблизиться к идеалу и организовывать необходимые для этого действия.

Непосредственный религиозный опыт это в значительной степени подсознательное, эмоциональное переживание, но оно не может сохраняться в памяти без должного рационального оформления. В этом смысле ритуалы и обряды выступают как могучий охранитель идей, как самое надежное средство ввести в народные массы известные религиозные воззрения. Они закрепляют их в «оправе» ритуала и обряда, снабжая человека заранее известным планом действий, хотя он обычно и не подозревает, какие умственные и практические приемы скрыты за привычной церемонией, приемы, призванные заполнить опасные пробелы в ходе достижения важных целей и преодоления критических ситуаций.

С помощью каких приемов религии достигают посева базовых понятий в душах людей и как на их основе организуют правильное поведение? Каковы инструменты, позволяющие добиваться передачи культурных ценностей от поколения к поколению?

Прежде всего, с помощью системы ритуалов и символов, работающих на создание мощной и долговременной мотивации, формирующей у верующих представления о всеобщем порядке существования. Через ритуалы люди говорят на языке символов, нагруженных чувственным опытом. Символический язык указывает на ту идеальную сторону реальности, о которой, не обращаясь к символам, говорить невозможно. Вера широких масс, в отличие от духовной элиты, использующей медитативные техники, в большей мере опирается на символы. Психология людей такова, что им очень трудно обходиться без внешних атрибутов. Ритуальные действия облегчают им переход от восприятия внешнего к внутреннему переживанию. Символы помогают понять природу мира, помещая негативный опыт в рамки общей картины мироздания, где он получает объяснение и за счет этого несет эмоциональное утешение. (То, что получило объяснение, всегда не так страшит и может даже помогать жить.) В этом плане религиозные символы предлагают осмысленный контекст, в котором негативный опыт человека, благодаря помещению его в более грандиозную структуру мироздания, воспринимается иначе, может быть объяснен и оправдан. Таким путем система символов помогает выразить невыразимое, в какой-то мере обозначить в слове чувства, не укладывающиеся в принятые понятия и эмоции. Например, обряд крещения как ритуальное омовение наряду с телесно-духовной чистотой имеет в основе идею духовного рождения, ибо вода служит в мире символом начала всех вещей и материнского лона.

Кроме символов, существенная часть религиозных представлений коренится в традициях, созданных и поддерживаемых обществом. Эта часть влияния религии на личность осуществляется через общепринятое мировоззрение, социальные нормы и активизацию мистических чувств, с помощью ритуалов культа. Например, ритуал инициации — суровая проверка на социальную пригодность, осуществляемая для подготовки кандидата к взрослой жизни в качестве полноправного члена общины. Она делает человека полноценным членом общества, обязывая его соблюдать традиции, блюсти священные ценности и нормы.

Ритуалы — основа религии. Ритуальное действие, в отличие от обычая, лишено непосредственно утилитарных, практических целей. Процедуры в ритуале стереотипны: как только осуществлена первая, все остальные становятся предсказуемыми и это снимает страх, вносит покой или положительную окраску в чувства. Преодоление неопределенности и появление положительных переживаний успокаивает, придает уверенность и тем самым приближает для каждого участника успешное разрешение личных проблем.

Если религия осознается через мифы и символы, то упрочивается через ритуалы. Э. Фромм (193) считал, что ритуал есть символическое выражение мыслей и эмоций в действии. Они способны выполнять функцию психологической защиты, поскольку во время исполнения некоторых из них запретные желания получают выражение, в то время как в повседневной жизни это невозможно. С помощью особых символов и символических действий ритуалы активизируют глубинные переживания личности. Обряд — это ритуал, в значительной степени утративший связь с глубинными переживаниями личности, даже в форме символического представления. Ритуалы и обряды предназначены для создания, возбуждения или поддержания определенных психических состояний личности или группы.

Выход в соответствующие измененные состояния сознания может осуществляться как спонтанно, так и направленно через релаксацию, сенсорную депривацию, концентрацию на собственном дыхании, за счет специальных физических упражнений или в моменты экстремальных нагрузок. Важно, что все это многообразие путей связано с изменением собственного времени. Например, для индивидуального достижения желаемого состояния психики в индуизме и буддизме используется мантра, а в иудаизме, христианстве и исламе — многократное повторение молитвы. И то и другое представляет собой комплексное упражнение, включающее практически все перечисленные условия, способствуя переходу на другой, интуитивный уровень постижения мира. Каков же психологический механизм подобного действия? При правильном и многократном повторении и мантра и молитва стирают, устраняют все отвлекающие мысли или образы. Они способствуют успокоению мысли, остановке сознания (достижению одноточечного сознания) в пространстве и времени, и за счет этого из поля внимания уходят все прошлые связи, что и позволяет не отождествляться с мыслями, чувствами, поступками. Поэтому они выступают как средство разрушения привязанностей. Тогда, благодаря отсутствию связи органов чувств с их внешними объектами, внимание может сконцентрироваться либо на неких внутренних точках организма — чакрах, либо на некоторых духовных объектах.

Внутреннее содержание культа — пребывание, непрерывное общение с высшими силами, Богом с помощью осязаемых средств. Подобное общение особенно отчетливо проявляется в молитве. Она характеризуется постепенным нарастанием эмоционального напряжения. Кульминация этого роста внешне может проявиться в слезах, а внутренне — в переходе от отрицательных переживаний по поводу своей греховности к положительным переживаниям, радости просветления и надеждам на искупление. Это настроение прекрасно передано в известном стихотворении М. Ю. Лермонтова.

В минуту жизни трудную
Теснится ль в сердце грусть:
Одну молитву чудную
Твержу я наизусть.
Есть сила благодатная
В созвучье слов живых,
И дышит непонятная,
Святая прелесть в них.
С души как бремя скатится,
Сомненье далеко —
И верится, и плачется
И так легко, легко...

Обычно ритуал обрамлен красивой и значимой формой. Он связан со стереотипными формулами, сопровождается символическими действиями и поэтому создает ощущение тайны. Долгое время считалось, что по мере совершенствования средств передачи культуры новым поколениям роль ритуалов и обрядов, а также их разнообразие уменьшатся. Тем более что известно, насколько степень ритуализации социальной жизни в прошлом была больше распространена, чем теперь. Религиозная мысль непрерывно развивается, освобождаясь от случайных представлений, и все больше ориентируется на внутренние ценности. Сублимируясь, религия продвигается от опоры к ритуалу, к вере, основанной на внутреннем убеждении. Однако из этого не следует, что постепенно обряды станут ненужными и исчезнут. Вопреки этому предположению в настоящее время замечено движение в обратном направлении — роль ритуалов усиливается. В этом плане важно, что психологи обнаружили — привычность каких-либо действий предполагает возникновение чувства удовлетворения, а поступки нормативного плана особенно эффективно повышают самооценку личности: «раз я поступаю должным образом, значит, я таков, каким хочу быть». Поэтому можно думать, что ритуалы не исчезнут, сохранят свое значение как элементы традиций и обычаев, определяя особое коллективное символическое действие, способствующее формированию чувств, образов и идей у его участников.
Аниксун
Служитель добра
Служитель добра
 
Сообщений: 194
Зарегистрирован: 29 янв 2015, 22:14
Пункты репутации: 0

Re: Психология веры

Непрочитанное сообщение Аниксун » 07 фев 2016, 00:40

Многократно отмечено, что в сфере религии главенствующее значение принадлежит эмоциям. Как известно, одни люди лучше воспринимают логические доводы (их меньше), другие (их подавляющее большинство) легче откликаются на искусство, обращенное к чувствам. Участвуя в обрядах, верующие, ориентирующиеся на чувства, легко духовно «резонируют» под влиянием музыки, изображений и символов. Для этих людей бесформенный, непередаваемый Абсолют, переходящий границы логических средств, мало что говорит. Для них он — не первое, а последнее слово в познании Бога. Они должны многое предварительно пережить и прочувствовать, чтобы уяснить и принять тождество чего-то абстрактного с представлением о Боге. Их вера состоит не в том, чтобы охватить догматические понятия умом, продумать и принять известные учения, но в подъеме души, в беззаветной преданности. В достижении этих целей им и помогают ритуальные церемонии. Их участники идентифицируются с представляемым ими Богом, за счет чего образуется обратная связь, вторично усиливающая чувства. При этом дистанция между действующими лицами ритуала уменьшается и создаются условия для усиления и направления чувств, в частности чувства любви. В результате ритуал достигает цели, ради которой он предпринимался.

У людей с логическим мышлением значительно труднее вызвать чувственный резонанс, но в определенных условиях это все же возможно. Необходимые условия возникают, когда такой человек озабочен последствиями каких-то событий или действий, которые он не может контролировать. Тогда он тоже прибегает к обрядам, которые, как он надеется, принесут успех. В этом случае ритуальные церемонии, выполнение предписанных формализованных действий до некоторой степени помогают ему не только усилить, но и организовать свои чувства и переживания. Для таких людей особенно эффективна исповедь. Она помогает человеку осознать свои грехи и тем самым преодолеть чувство отчуждения, глубинной разобщенности своей личности и, спланировав свое самосовершенствование, достичь воссоединения с самим собой, обрести внутреннюю гармонию и духовное равновесие. Тогда уходит из сознания бессмысленность одиночества и трагизм существования.

Обряд — коллективное действие, и причины его эффективности уходят корнями в прошлое. Поэтому человек, нарушающий сакральные ограничения или препятствующий совершению обряда, не знает, что может случиться. Он боится, не высвободит ли он силы разрушения, которые могут быть фатальными и для него, и для его сообщества. Предполагают, что обряд возник как противовес в борьбе с «его величеством случаем». Он должен был помочь человеку, столкнувшемуся с чем-то неопределенным, непредвиденным, не поддающимся контролю. Б. Малиновский отмечал, что когда рыбная ловля проводилась в защищенной от ураганов лагуне, она не требовала предварительных обрядов и ритуалов, а когда в открытом океане — обязательно предварялась ими, что было обусловлено колебаниями человека между надеждой на успех и страхом перед неудачей и опасностью. Его функция состояла в том, чтобы помогать человеку справляться с, казалось бы, безнадежными ситуациями, над которыми он не властен, помогать преодолеть страх и трудности.

Что чувствует торопящийся домой абориген-австралиец, обламывая ветку, чтобы замедлить ход солнца и успеть домой до его захода? Он находится в состоянии тревоги, которая мешает ему эффективно ориентироваться и оперативно продвигаться. Тогда он совершает магическое действие — ломает ветку. Это искусственно создает в коре мозга новый очаг возбуждения. При этом все равно, какой возникает очаг, лишь бы он был связан с первым и обладал достаточно эмоциональной окраской. Иначе говоря, он использует отрицательную индукцию от этого очага, чтобы уменьшить силу своей тревоги. Снизив ее, он вновь обретает возможность лучше действовать, что и увеличивает его шансы попасть домой вовремя. Значит, дело не в конкретном содержании ритуала, а в общих принципах его влияния на психику за счет формирования конкурирующей доминанты. Следовательно, степень и масштабы влияния ритуала зависят от уровня достигаемого в данном сообществе контроля над природными и социальными процессами. Поэтому многие ученые пришли к заключению, что представления о безрезультатности ритуалов совершенно не обоснованы; главным, ключевым моментом их воздействия выступает снижение беспокойства и страха.

Верующий превосходит других своими силами и активностью. За счет чего он может превзойти пределы своих сил? За счет того, что коллективный обряд не только способствует переживанию участников, но с помощью соучастия формирует и усиливает эти переживания, то есть интенсифицирует их. Верования каждого становятся более активными, когда их разделяют единоверцы. Поэтому участники коллективного ритуала находятся в состоянии эмоционального возбуждения, когда каждый переживает нечто, превосходящее его личные резервы. Подобное переживание приобщает его к чему-то большему, чем он сам, — к источнику силы и могущества, тому, что получает над ним власть. Мощь сплачивающего воздействия ритуалов отмечал Ф. М. Достоевский при описании Великого инквизитора. Он подчеркивал, что в этих мероприятиях каждый участник испытывает такое чувство растворения в общности, что для него исчезает неудержимый бег потока времени. При этом возникает специфическая раскачка, приводящая к синхронности, резонансу психических и физиологических процессов участников. Можно сказать, что ритуал создает и поддерживает согласованность биологических и социальных ритмов путем воздействия на нейрофизиологические структуры в контролируемых условиях.

За счет такой согласованности чувств при правильном исполнении ритуала возникает особое ощущение благополучия, облегчения, ослабляются длительные и интенсивные стрессы. Здесь имеет смысл напомнить значение ритма как фактора, освобождающего сознание от логики, то есть фактически приводящего его к медитативному состоянию, когда человек ощущает себя погруженным в непрерывный поток. Тогда сознание переходит на наглядно-действенные и наглядно-образные виды мышления. Поэтому неудивительно, что для усиления воздействия ритуалов в качестве основных используются приемы, активизирующие правое полушарие и ускоряющие наступление резонанса: ритмические танцы, регулируемое дыхание, хоровые песнопения, рецитация мантр и другие ритмические действия. Имеет значение, что ритмы, используемые в большинстве ритуалов, близки по частотным характеристикам к альфаритму человека (8–14 Гц). В результате их воздействия возникает возможность изменения состояния сознания. Ритмы этого диапазона позволяют быстро и эффективно настроить согласованно множество людей, дав одинаковый такт их дыханию, биению сердца и, следовательно, состоянию духа. Здесь же можно отметить, что хор в наивысшей степени воплощает чувство «мы».

В качестве предварительных, вспомогательных средств обострения чувствительности для сонастраивания чувств участников ритуала или обряда применяют сенсорный голод, лишение сна и пост. Человек, особенно верующий, имеет тенденцию поститься при каждом несчастье. Психологический смысл аскетического поведения в том, что человек подсознательно считает необходимым для предотвращения или отведения несчастья от себя, близких и народа в целом — принесение жертвы. Исторически возникновение поста связывают с древними временами, когда отказались от жертвоприношений и заменили их постом — жертвой иного рода. Аскеза имеет и явные физиологические предпосылки — сытый желудок вызывает ощущение самоудовлетворения и безразличия, а голод при посте служит напоминанием о зависимости от Бога. Действительно, аскетизм способствует возникновению у человека состояния измененного сознания, аналогичного тому, которое достигается приемом наркотических веществ. Выступая как один из способов формирования состояния «на краю», голод может пробудить ясновидение, а экстатическое состояние, вызванное длительным постом, подавляя сознание личности, может рождать представление о слиянии с миром и Богом. Совокупность приемов в экстатических и медитативных ритуалах способствует расширению границы «Я» — человек на время становится как бы другим, испытывает чувство перевоплощения.

Нарастание эмоциональной вовлеченности участников ритуала обязано специфическому процессу эмоционального заражения. Если при помощи речи человек приспособился передавать другим свои мысли, то ритуалы и обряды помогают передать свои чувства окружающим, заразить их и, ощутив переживания окружающих, с новой силой заразиться ими. Действительно, мощь переживаний каждого существенно усиливается, когда большая масса людей испытывает их совместно. Если и с помощью индивидуально совершаемой молитвы человек сам оказывает на себя мощное психическое воздействие, так как искреннее обращение к Богу создает положительный эмоциональный эффект, то несравнимо ярче это ощущение полноты жизни проявляется в процессе групповой молитвы, когда вступают в действие механизмы подражания, заражения, внушения. Неудивительно, что, пережив духоподъемную, опьяняющую и закрепляющую силу таких мощных объединяющих чувств, человек испытывает потребность в их повторении. Так поддерживается стремление к тому, чтобы в определенные моменты жизни члены общества совместно переживали, чувствовали и осознавали общность своих целей, ценностей и интересов, побуждающих их к деятельности. В этом смысле эффективность ритуалов зависит от существования группы людей, искренне разделяющих общие ценности.

Из какого еще источника способны верующие черпать повышенную силу чувств? Психологический механизм переноса (трансферта) чувств указывает на существование возможности перевести сексуальные импульсы телесной укорененности (либидо) в иную, идеальную область — любви, проявляющейся в платонической форме, то есть возможности переноса чувств в идеальной форме на другое лицо или объект. Возникающие при этом эмоции черпают энергию в самом мощном источнике. С этой точки зрения особая мощь религиозного чувства тесно связана с ее глубинной зависимостью от полового чувства, которое переадресуется и получает удовлетворение обходным путем. При сублимации любовь сохраняет некоторые исходные черты. Все так же нужен внешний объект, который при этом идеализируется, а его отдельные свойства преувеличиваются, все так же сохраняется постоянное желание уподобиться объекту любви, слиться с ним. Святой Феофан Затворник писал (281): «Теплота, сопровождающая сосредоточенную в сердце молитву, нередко соединяется со сладостью похотною». Здесь он затрагивает проблему сублимации в отдельных формах набожности. С учетом таких процессов уже неудивительно, что иногда эмоциональность культовых действий такова, что ритуал не только способен ввести человека в состояние сопереживания, но, побуждая к энтузиазму, может довести до экстаза и даже вызвать катарсис. Эмоции достигают такой силы, что подавляют логическое мышление и провоцируют галлюцинации.

Ритуал выступает не только как форма коллективного общения и коллективных переживаний (группового самосознания, чувства единства). Он может быть понят и как мероприятие, с помощью которого верующие пытаются воздействовать на значимые для них объекты. Например, в траурных церемониях песни оплакивания как бы воплощают (объективируют) тяжелое чувство скорби и, объединяя человека в скорби с другими, облегчают для него начальный этап выхода горя из души страдающего человека. За счет этого ритуал погребения способствует некоторому примирению живых с утратой и обеспечивает интеграцию группы в процессе совместного преодоления горя и страха. Тем самым в ритуалах вырабатывается и поддерживается согласие между членами группы. В этом смысле ритуал можно рассматривать как невербальную форму коммуникации.

Еще одна важная функция ритуала — противостоять миру обыденности. Одновременно они нивелируют зависимость верующего от светской власти. С этой точки зрения обряды и ритуалы предлагают безопасный, вселяющий уверенность и часто приятный способ организации досуга. Череда праздников обозначает и тем как бы сохраняет циклическое движение времени. Без праздников время вытягивается в одну бесцветную однородную нить, устремленную в неопределенность, а это вызывает у человека тревожные чувства. Для избавления человека от отрицательных эмоций, от непрерывной тревоги и тоски необходимо с определенной периодичностью прерывать однообразие времени. Во многих религиях можно обнаружить три круга богослужения: суточный, недельный и годовой. Такая повторяемость культовых действий связана с устоявшимися циклами трудовой деятельности — сезонами сельских работ и возрастом верующих. При этом ритуалы не только укрепляют единство общества, но и способствуют приобщению молодежи к нормам поведения взрослых, передавая наследие традиций из поколения в поколение.

Звон церковных колоколов, призывы муэдзинов отсчитывают бег времени и отмечают наступление праздников. Воскресные богослужения, субботние и пятничные молитвы скрашивают рутину тяжелой работы. Общая радость объединяет людей и общими заботами. Верующий не чувствует себя одиноким и всеми покинутым, напротив, растворяясь в общих праздничных заботах, он забывает о собственных неприятностях. Тогда исчезают мелкие события индивидуальной жизни и их особая значимость. Участие в церемониях, праздниках, ритуалах, паломничестве снижает тревожность, поскольку все эти мероприятия организуют своеобразную «периодическую сетку действий», через которую человек регулярно включается в коллективную жизнь в самые значимые моменты. Это полезно, так как ряд празднеств обладает действием катарсиса, особенно необходимого в период сезонной депрессии.

Ритуал — это не что иное, как символическое выражение мыслей и чувств посредством действия. Воззрения религии — продукты подсознательного знания, которое через определенные символы всегда выражаются в архетипах. К. Г. Юнг (333, с. 78) характеризовал архетип как доминанту бессознательного, а состоящий из этих динамических форм пласт психики назвал коллективным бессознательным. Архетипы — это наследуемые, всегда одинаковые формы и идеи, еще лишенные специфического содержания, которое появляется лишь в индивидуальной жизни, где личный опыт воплощается именно в этих формах. Уровень активации того или иного архетипа зависит от возможностей сознания, требующего в каждый отдельный момент своей формы представления абстрактного. Например, примитивное мышление испытывает потребность формировать более или менее абстрактные символы, наделяя каждое обособляемое свойство объекта конкретным существованием. Даже если разум осознанно не постигает эти символы, они все равно действуют: подсознание реагирует на них как на универсальные психические факторы. (Встречающимся на его жизненном пути символам некой целостности человек всегда дает имена, различающиеся в зависимости от времени и места рождения.) В этом плане религиозные системы часто выступают в качестве структуры готовности, ассимилирующей новые условия.

Громадное значение имеет эстетика обряда. Его эффективность усугубляется и подчеркивается его необычностью, церемонностью, возвышенностью, символикой. Помпезность и праздничность богослужения оказывает сильное эстетическое воздействие на человека. Искусство делает веру очевидной. Художественные средства, применяемые для этой цели, могут быть самыми разнообразными. Одним из наиболее сильных факторов этого типа является хоровое пение. Также широко при обрядах и в религиозных праздниках используются театрализованные представления. Тожественные выходы патриарха или митрополита, сопровождаемые колокольным звоном или мощными звуками органа, представляют незабываемое зрелище. Хоралы, мессы, реквиемы, звучащие под сводами католических храмов, создают атмосферу ирреальности. Мощные потоки органной музыки смывают с души все мелкое, незначительное, пробуждая и укрепляя в человеке любовь к Богу. Необходимый эстетический настрой поддерживается и храмовой архитектурой. Как правило, храмы тянутся ввысь, устремляясь к небу.

Благодаря перечисленным формам воздействия — заражению, сублимации, влиянию символов и искусства, религиозные обряды предстают как стержень любых коллективных движений. На фоне обычных дел и повседневной жизни они «подпирают» существование социального порядка и его устойчивость. В обряде и ритуале каждый участник целиком включается в действо и ощущает себя связанным тесными узами с группой. Им владеет своего рода экзальтация и границы его существа размываются. У человека повышается внушаемость, подражательное поведение и импульсивность. Возникшее психическое состояние поддерживается еще долго и по окончании церемонии. Существенно, что много-кратное участие в ритуалах вызывает у их участников единое для всех психическое состояние. Иными словами, культ представляет совокупность управляемых религиозно-магических действий, выполняемых в соответствии с каноническими установлениями данной религии и под контролем и руководством специального лица — брахмана, священника, мага. Священнослужители, объединяя верующих проповедью, молитвой и другими массовыми действиями, регулируют нарастание напряжения и его разрядку по ходу взаимодействия, способствуя превращению негативных, тяжелых эмоциональных состояний в положительные.

Подводя итог этой главе, возьмем на заметку, что верят все люди, поскольку без веры невозможно никакое убеждение (в том числе и научное). При этом научные категории причины и следствия не дают ответа на важные для каждого человека вопросы — о смысле и цели жизни. Отличие религиозной веры состоит в том, что она дает ответы на такие вопросы. Наука предлагает объяснение, исключающее цель и основанное на законе. Религия отличается от науки наличием цели бытия. Поэтому надо помнить, что идея Бога помогает человеку вынести лучшую часть своей душевной жизни за пределы своей индивидуальности и распространиться в мир, что все лучшие качества человека и лучшие его поступки связаны с верой и верностью!

Общий путь духовного развития человека состоит в том, что постепенно, все более идентифицируясь с Богом и уподобляясь ему, он улучшает себя. В этом смысле религия есть признание развития человека через Бога как через посредника.

Сосуществование науки и религии определяется возможностью восприятия веры, чувства и научных знаний разными людьми. Это соотношение зависит от врожденных индивидуальных особенностей и жизненных обстоятельств каждого. Для одних ведущим является мироощущение, для других — мировоззрение, а для третьих — миропонимание. Первым всегда ближе и чувственно понятнее вера, вторым — гармония и красота зависимости, а третьи хотели бы услышать научные аргументы. Однако и эти последние, когда им становится по-настоящему плохо, и они чувствуют, что им мало помогает наука, и они обращают свое лицо к вере.
Аниксун
Служитель добра
Служитель добра
 
Сообщений: 194
Зарегистрирован: 29 янв 2015, 22:14
Пункты репутации: 0


Вернуться в ПСИХОЛОГИЯ И ФИЛОСОФИЯ


cron
Яндекс.Метрика